?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Человек в поисках смысла.
goldpekary
Высер сей информационно поддерживает срач под трансляцией Фефелов&Душенов № 90 + 130.
Уж не знаю, кому так было нехером заняться. Разные люди, по вере своей, переводят стрелки на разные сущности. Одни, обычно бородатые, во всем винят того чувака из четырёх букОв, которого неприлично поминать всуе. Фанаты РЕН ТВ и ТВ-3 склоняются к версии "Вселенского разума", бороздящего просторы космоса на планете Нибиру. А адепты секты сэра нашего Чарлза и прочие отмороженные эволюционисты невозбранно валят всё на Природу - мать твою. Короче дело тёмное. Доподлино выяснить, кто же был тот феерический мудак, который изобрёл живую материю, сегодня не получается. Но с тем, что это был именно феерический мудак, спорить бесполезно и бесмысленно. Ведь к чему стремится неживая материя? Она стремится к непротивлению и покою. Всё, что волею судеб оказолось высоко, всеми силами старается спуститься вниз и погасить всю свою потенциальную энергию. Всё, что разогналось нИ пА деЦки, старательно тормозит всеми своими лаптями, что б не отрываться от коллектива.  Плюсики в едином порыве с минусиками стремятся слиться друг с другом, что бы уже похерить раз и навсегда разницу потенциалов. А различные температуры только и думают о том, как уровнятся и впредь не выёбываться. Вся неживая материя стремиться к устойчивому, железобетонному равновесию во славу правоверного Эквилибриума. Но нашлась таки во Вселенной какая то блядь, которая спутала все карты! Она [эта блядь] создала порочную структуру, ту самую живую материю, которая буром попёрла на безответную энтропию, запустила вспять законы Природы и естественные закономерности. Изобретённая ею [этой блядью] система, маниакально озабочена лишь двумя навязчивыми идеями. Собственно задача у живой материи одна, а путей достижения своей цели - два. Задача первая: максимально обдристать свою естественную среду обитания. Задача вторая, суть продолжение первой: поскольку в одиночку много не засрать, наплодить себе подобных в геометрической прогрессии, дабы уже они засрали всё, куда не дотянулась(лись) жопа(ы) родителя(лей). Пока количество конкурирующих за место под Солнцем видов достаточно для того, что б уверенно жрать друг друга и срать друг другу на головы - существует зыбкое и недолговечное равновесие, известное в продажных СМРАД*ах как экологическое или биоценоз. Но при этом ни одна особь ни одного вида ни на секунду не забывает, что мир этот чудовищно не справедлив по отношению к ней [к особи]. Что это именно она [особь] единственный во Вселенной д’Артаньян, а все вокруг 3,14дорасы. Это именно она [особь] явилась в этот подлунный мир дабы сожрать в одну харю всю нямку и обосрать всех остальных. И однажды кто-то неизбежно вырывается вперёд → появляется Абсолютный Хищник → приходит 3,14здец существующей экосистеме → он [Абсолютный Хищник] прогрызает (и, соответственно, засирает) её насквозь, после чего сам же в своём же говне и дохнет. Отбрасывая в сторону весь дурацкий политес и вымышленные сущности, имеем в сухом остатке: единственный смысл существования живой материи - пережёвывание окружающей среды обитания в говно с последующим самоутоплением в собственном же говне и утопление в своём говне всех, кто почему то не был сожран и высран ранее. Никаких других целей и задач за живой материей не числится. Ну и хер бы с ней, с живой материей. Так нет же! Той неугомонной бляди этого показалось мало. И она [блядь] поверх живой матери изобретает ещё и материю мыслящую. Это ваще какой то извращенческий 3,14здец, самая изощрённая подстава! Ты, кусок живой мыслящей материи, пребывая в здравом уме и твердой памяти, понимаешь, что тебя дурака выплюнули 3,14здою в этот мир, не спрося ни твоего мнения, ни твоего разрешения на это. Хотел ли ты  всю свою жизнь каждый день выходить на битву за место под солнцем, за бабло, за жизненное пространство, за вонючую 3,14зду, за само право жить и жить при этом не дешевле окружающих?! Просил ты кого то, что б тебя окунули в мир, где тебя ждёт государство, как пахаря, как платильщика налогов, как необузданного потребителя всякого говна для провоцирования экономического роста и пушечного мяса в конце концов? Где тебя поджидают всевозможные мошенники и извращенцы, что б поиметь всеми возможными способами, в том числе и во все дыры. А после того, как ты месил говно всю свою никчёмную жизнь, тебе приходит время подыхать. Ладно если сразу и во сне. Современная медицина может продлить твою агонию, естественно из самых слюняво-гуманистических соображений, лет на несколько, за которые ты насквозь пропитаешься собственным говном и ссаками.
Ощипанный петушок с плоскими ногтями, впервые в истории планеты реализованный на практике гремучий гибрид Абсолютного Хищника с Идеальным Потребителем1.), этакое 2 в 1. Природой своей и бестолковыми мозгами своими он обречён перемалывать свою естественную среду обитания в говнище в самом прямом и во всех переносных значениях этого слова. Нет, конечно можно вернуться к девственному состоянию, и кушать только то, что само выросло, без всяких вспашек, поливов, гербицидов, удобрений и прочего дерьма. Вот только есть хоть кто то, кто щас всё бросит и помчится с голой задницей в лес добывать себе хавчик исключительно зубами и ногтями своими? Дураков нет! Но даже эта пасторальная картина не решит никаких проблем. Рано или поздно прилетит очередной метеорит, пукнет очередной вулкан, вылупится особо зловредный микроб, прискачут верхом на Нибире аннунаки, отожмут рыжуху да наваляют 3,14здюлей (недостающее вписать). Поскольку в любом случае подыхать, то уж лучше подохнуть в шаговой доступности от тёплого сортира, обвешанным гаджетами, с джипарём под жопой, не в далеке от мегамоллов и торгово-развлекательных комплексов. КАроче, двуногие! Круче экономический рост! Выше уровень благосостояния и потребления! К херам экологию и прочую хуйню! Не можешь сожрать больше, чем в тебя влазит? Поди поблюй! В тебя влезет ещё столько же! Уже в каждой руке по смартфону? Не тормози! Третий смартфон тебе в глотку, а четвёртый в задницу! Носки, трусселя, постельное бельё ни в коем случае не стирать - сразу выкидывать! ИЧСХ в благословенные 90-е был у меня приятель, реальный крутиков в той системе измерений. И была у него жена христоматийная ванильная 3,14зда. И затарился мой приятель комплектами постельного белья оптом. И не стирали они обтруханные простыни, а сразу тащили их на помойку. И увидел Бог, что это хорошо.© Потому что это обеспечивает экономический рост, создаёт рабочие места, люди получают достойную зарплату, платят с неё налоги, повышают свой уровень потребления, больше обтруханных нестиранных простыней тащат на помойку, что обеспечивает экономический рост, создаёт рабочие места, ......... и так до +∞. Или до БП?
А можно сдохнуть на войне за ресурсы для всего для этого, но это, понятно, выбор натур романтичных.
__________________________
Примечания:
1.) Действуя строго по этому плану, старательно измеряя свои достижения в процентах выполнения и никогда не забывая о режиме экономии, увеличении оборачиваемости оборотных средств, а также о связи с жизнью, Выбегалло заложил три экспериментальные модели: модель Человека, неудовлетворённого полностью, модель Человека, неудовлетворённого желудочно, и модель Человека, полностью удовлетворённого.
<......>
– У меня не дракон, у меня счастливый человек! Исполин духа! Как-то странно вы рассуждаете, товарищ Киврин, странные у вас аналогии, чужие! Модель идеального человека – и какой-то внеклассовый огнедышащий дракон!..
– Г-голубчик, да дело же не в том, ч-что он внеклассовый, а в том, что он п-пожар может устроить…
– Вот, опять! Идеальный человек может устроить пожар! Не подумали вы, товарищ Фёдор Симеонович!
– Я г-говорю о д-драконе…
– А я говорю о вашей неправильной установке! Вы стираете, Фёдор Симеонович! Вы всячески замазываете! Мы, конечно, стираем противоречия… между умственным и физическим… между городом и деревней… между мужчиной и женщиной, наконец… Но замазывать пропасть мы вам не позволим, Фёдор Симеонович!
– К-какую пропасть? Что за ч-чертовщина, Р-роман, в конце концов?.. Вы же ему при мне об-объясняли! Я г-говорю, Амвросий Амб-бруазович, что ваш эксперимент оп-пасен, понимаете?.. Г-город можно повредить, п-понимаете?
– Я-то всё понимаю. Я-то не позволю идеальному человеку вылупляться среди чистого поля на ветру!
– Амвросий Амбруазович, – сказал Роман, – я могу ещё раз повторить свою аргументацию. Эксперимент опасен потому…
– Вот я, Роман Петрович, давно на вас смотрю и никак не могу понять, как вы можете применять такие выражения к человеку-идеалу. Идеальный человек ему, видите ли, опасен!
Тут Роман, видимо по молодости лет, потерял терпение.
– Да не идеальный человек! – заорал он. – А ваш гений-потребитель!
Воцарилось зловещее молчание.
– Как вы сказали? – страшным голосом осведомился Выбегалло. – Повторите. Как вы назвали идеального человека?
<......>
– Нельзя! – воскликнул Выбегалло. – Правильно, товарищ Киврин, нельзя! Мы имеем эксперимент международно-научного звучания! Исполин духа должен появиться здесь, в стенах нашего института! Это символично! Товарищ Ойра-Ойра с его прагматическим уклоном делячески, товарищи, относится к проблеме! И товарищ Хунта тоже смотрит узколобо! Не смотрите на меня, товарищ Хунта, царские жандармы меня не запугали, и вы меня тоже не запугаете! Разве в нашем, товарищи, духе бояться эксперимента? Конечно, товарищу Хунте, как бывшему иностранцу и работнику церкви, позволительно временами заблуждаться, но вы-то, товарищ Ойра-Ойра, и вы, Фёдор Симеонович, вы же простые русские люди!
<......>
– Я могу сказать только одно, – равнодушно сообщил Кристобаль Хозевич. – Я простой бывший Великий Инквизитор, и я закрою доступ к вашему автоклаву до тех пор, пока не получу гарантии, что эксперимент будет производиться на полигоне.
– И н-не ближе пяти к-километров от г-города, – добавил Фёдор Симеонович. – Или д-даже десяти.
По-видимому, Выбегалле ужасно не хотелось тащить свою аппаратуру и тащиться самому на полигон, где была вьюга и не было достаточного освещения для кинохроники.
– Так, – сказал он, – понятно. Отгораживаете нашу науку от народа. Тогда уж, может быть, не на десять километров, а прямо на десять тысяч километров, Фёдор Симеонович? Где-нибудь по ту сторону? Где-нибудь на Аляске, Кристобаль Хозевич, или откуда вы там? Так прямо и скажите. А мы запишем!
<......>
И вот тут наконец заговорил Янус Полуэктович. Голос у него был мощный, ровный, как у джек-лондоновских капитанов.
– Эксперимент, согласно просьбе Амвросия Амбруазовича, будет произведён сегодня в десять ноль-ноль. Ввиду того, что эксперимент будет сопровождаться значительными разрушениями, которые едва не повлекут за собой человеческие жертвы, местом эксперимента назначаю дальний сектор полигона в пятнадцати километрах от городской черты. Пользуюсь случаем заранее поблагодарить Романа Петровича за его находчивость и мужество.
<......>
На полигоне уже всё было готово. Публика пряталась за бронещиты. Выбегалло торчал из свежевырытой траншеи и молодецки смотрел в большую стереотрубу. Фёдор Симеонович и Кристобаль Хунта с сорокакратными биноктарами в руках тихо переговаривались по-латыни. Янус Полуэктович в большой шубе равнодушно стоял в стороне и ковырял тростью снег. Б. Питомник сидел на корточках возле траншеи с раскрытой книжечкой и авторучкой наготове. А Г. Проницательный, увешанный фото – и киноаппаратами, тёр замёрзшие щёки, крякал и стучал ногой об ногу за его спиной.
<......>
Выбегалло оторвался от стереотрубы, прокашлялся и сказал:
– Товарищи! То-ва-ри-щи! Что мы наблюдаем в эту стереотрубу? В эту стереотрубу, товарищи, мы, обуреваемые сложными чувствами, замирая от ожидания, наблюдаем, как защитный колпак начинает автоматически отвинчиваться… Пишите, пишите, – сказал он Б. Питомнику. – И поточнее пишите… Автоматически, значить, отвинчиваться. Через несколько минут мы будем иметь появление среди нас идеального человека – шевалье, значить, сан пёр э сан репрош...2.) Мы будем иметь здесь наш образец, наш символ, нашу крылатую мечту! И мы, товарищи, должны встретить этого гиганта потребностей и способностей соответствующим образом, без дискуссий, мелких дрязг и других выпадов. Чтобы наш дорогой гигант увидел нас какие мы есть на самом деле в едином строю и сплочёнными рядами. Спрячем же, товарищи, наши родимые пятна, у кого они ещё пока есть, и протянем руку своей мечте!
Я и простым глазом видел, как отвинтилась крышка автоклава и беззвучно упала в снег. Из автоклава ударила длинная, до самых звёзд, струя пара.
– Даю пояснение для прессы… – начал было Выбегалло, но тут раздался страшный рёв.
Земля поплыла и зашевелилась. Взвилась огромная снежная туча. Все повалились друг на друга, и меня тоже опрокинуло и покатило. Рёв всё усиливался, и, когда я с трудом, цепляясь за гусеницы грузовика, поднялся на ноги, я увидел, как жутко, гигантской чашей в мёртвом свете луны ползёт, заворачиваясь вовнутрь, край горизонта, как угрожающе раскачиваются бронещиты, как бегут врассыпную, падают и снова вскакивают вывалянные в снегу зрители. Я увидел, как Фёдор Симеонович и Кристобаль Хунта, накрытые радужными колпаками защитного поля, пятятся под натиском урагана, как они, подняв руки, силятся растянуть защиту на всех остальных, но вихрь рвёт защиту в клочья, и эти клочья несутся над равниной, подобно огромным мыльным пузырям, и лопаются в звёздном небе. Я увидел поднявшего воротник Януса Полуэктовича, который стоял, повернувшись спиной к ветру, прочно упёршись тростью в обнажившуюся землю, и смотрел на часы. А там, где был автоклав, крутилось освещённое изнутри красным, тугое облако пара, и горизонт стремительно загибался всё круче и круче, и казалось, что все мы находимся на дне колоссального кувшина. А потом совсем рядом с эпицентром этого космического безобразия появился вдруг Роман в своём зелёном пальто, рвущемся с плеч. Он широко размахнулся, швырнул в ревущий пар что-то большое, блеснувшее бутылочным стеклом, и сейчас же упал ничком, закрыв голову руками. Из облака вынырнула безобразная, искажённая бешенством физиономия джинна, глаза его крутились от ярости. Разевая пасть в беззвучном хохоте, он взмахнул просторными волосатыми ушами, пахнуло гарью, над метелью взметнулись призрачные стены великолепного дворца, затряслись и опали, а джинн, превратившись в длинный язык оранжевого пламени, исчез в небе. Несколько секунд было тихо. Затем горизонт с тяжёлым грохотом осел. Меня подбросило высоко вверх, и, придя в себя, я обнаружил, что сижу, упираясь руками в землю, неподалёку от грузовика.
Снег пропал. Всё поле вокруг было чёрным. Там, где минуту назад стоял автоклав, зияла большая воронка. Из неё поднимался белый дымок и пахло палёным.
Зрители начали подниматься на ноги. Лица у всех были испачканы и перекошены. Многие потеряли голос, кашляли, отплёвывались и тихо постанывали. Начали чиститься, и тут обнаружилось, что некоторые раздеты до белья. Послышался ропот, затем крики: «Где брюки? Почему я без брюк? Я же был в брюках!», «Товарищи! Никто не видел моих часов?», «И моих!», «И у меня тоже пропали!», «Зуба нет, платинового! Летом только вставил…», «Ой, а у меня колечко пропало… И браслет!», «Где Выбегалло? Что за безобразие? Что всё это значит?», «Да чёрт с ними, с часами и зубами! Люди-то все целы? Сколько нас было?», «А что, собственно, произошло? Какой-то взрыв… Джинн… А где же исполин духа?», «Где потребитель?», «Где Выбегалло, наконец?», «А горизонт видел? Знаешь, на что это похоже?», «На свёртку пространства, я эти шутки знаю…», «Холодно в майке, дайте что-нибудь…», «Г-где же этот Выб-бегалло? Где этот д-дурак?».
Земля зашевелилась, и из траншеи вылез Выбегалло. Он был без валенок.
– Поясняю для прессы, – сипло сказал он.
Но ему не дали пояснить. Магнус Фёдорович Редькин, пришедший специально, чтобы узнать наконец, что же такое настоящее счастье, подскочил к нему, тряся сжатыми кулаками, и завопил:
– Это шарлатанство! Вы за это ответите! Балаган! Где моя шапка? Где моя шуба? Я буду на вас жаловаться! Где моя шапка, я спрашиваю?
– В полном соответствии с программой… – бормотал Выбегалло, озираясь. – Наш дорогой исполин…
На него надвинулся Фёдор Симеонович.
– Вы, м-милейший, з-зарываете свой т-талант в землю. В-вами надо отдел Об-боронной Магии усилить. В-ваших идеальных людей н-на неприятельские б-базы сбрасывать надо. Н-на страх аг-грессору.
Выбегалло попятился, заслоняясь рукавом зипуна. К нему подошёл Кристобаль Хозевич, молча меряя его взглядом, швырнул ему под ноги испачканные перчатки и удалился. Жиан Жиакомо, наспех создавая себе видимость элегантного костюма, прокричал издали:
– Это же феноменально, сеньоры! Я всегда питал к нему некоторую антипатию, но ничего подобного я и представить себе не мог…
Тут, наконец, разобрались в ситуации Г. Проницательный и Б. Питомник. До сих пор, неуверенно улыбаясь, они глядели каждому в рот, надеясь что-нибудь понять. Затем они сообразили, что всё идёт далеко не в полном соответствии. Г. Проницательный твёрдыми шагами приблизился к Выбегалле и, тронув его за плечо, сказал железным голосом:
– Товарищ профессор, где я могу получить назад мои аппараты? Три фотоаппарата и один киноаппарат.
– И моё обручальное кольцо, – добавил Б. Питомник.
– Пардон, – сказал Выбегалло с достоинством. – Он ву демандера канд он ура безуан де ву3.). Подождите объяснений.
Корреспонденты оробели. Выбегалло повернулся и пошёл к воронке. Над воронкой уже стоял Роман.
– Чего здесь только нет… – сказал он ещё издали.
Исполина-потребителя в воронке не оказалось. Зато там было всё остальное и ещё многое сверх того. Там были фото– и киноаппараты, бумажники, шубы, кольца, ожерелья, брюки и платиновый зуб. Там были валенки Выбегаллы и шапка Магнуса Фёдоровича. Там оказался мой платиновый свисток для вызова авральной команды. Кроме того, мы обнаружили там два автомобиля «Москвич», три автомобиля «Волга», железный сейф с печатями местной сберкассы, большой кусок жареного мяса, два ящика водки, ящик жигулёвского пива и железную кровать с никелированными шарами.
Натянув валенки, Выбегалло, снисходительно улыбаясь, заявил, что теперь можно начать дискуссию. «Задавайте вопросы», – сказал он. Но дискуссии не получилось. Взбешённый Магнус Фёдорович вызвал милицию. Примчался на «газике» юный сержант Ковалёв. Всем нам пришлось записаться в свидетели. Сержант Ковалёв ходил вокруг воронки, пытаясь обнаружить следы преступника. Он нашёл огромную вставную челюсть и глубоко задумался над нею. Корреспонденты, получившие свою аппаратуру и увидевшие всё в новом свете, внимательно слушали Выбегаллу, который опять понёс демагогическую ахинею насчёт неограниченных и разнообразных потребностей. Становилось скучно, я мёрз.
<......>
– ..... просто Выбегалло дурак, – сказал Роман.
– Это понятно, – сказал я. – Но откуда катаклизм?
– Всё отсюда же, – сказал Роман. – Я говорил ему тысячу раз: «Вы программируете стандартного суперэгоцентриста. Он загребёт все материальные ценности, до которых сможет дотянуться, а потом свернёт пространство, закуклится и остановит время».©
2.) Рыцарь без страха и упрёка (франц.).
3.) Когда будет нужно, вас позовут (франц.).

Posts from This Journal by “АБС” Tag